Ольга об отношениях с мамой.

Когда я стала жить своим образом жизни и распускать болезненные эмоциональные привязки к маме, мне стало легче.

С самого раннего детства у меня были очень сложные взаимоотношения с мамой. Конечно, они не выходили из разряда среднестатистических, все было очень стандартно и как у многих, но тем не менее я всегда ощущала в этом что-то нездоровое и очень болезненное. Я не относилась к детям, которые не могут ступить шага без мамы и не могут от нее оторваться. Скорее наоборот, у меня всегда было ощущение, что я без мамы очень даже могу и даже хочу. Но как я вижу сейчас это было лишь поверхностное ощущение. На самом деле глубокие завязки не всегда сопровождаются «неземной любовью» и недееспособностью. Наши завязки строились на жесткой истерии, неприятии, взаимных претензиях и агрессивных проявлениях с моей и с её стороны. Мое отношение к маме было волнообразным и безусловно не на ровном месте. Когда мама проявлялась так как мне не нравилось: в чем-то меня урезала, ограничивала, манипулировала, лицемерила, провоцировала, жестко подминала и гнула свое, мне казалось что она меня не любит, не понимает, что я ей не нужна и что она «плохая». Когда мама меняла свою тактику поведения на противоположную, мне виделось, что она очень хорошая, все-таки меня любит и я ей нужна. Безусловно, эти мои прогоны не были беспочвенными. Проявления моей мамы по отношению ко мне были очень сучными и искусно доводили меня до определенных истеричных состояний. Но я и близко не могла это осознать и как-то уложить в своем сознании. Я все делила на «хорошее» и «плохое», «черное» и «белое», в том числе и мамины проявления, совершенно не видя сути. Поэтому после моей «любви» к маме следовала жесткая «ненависть» со всеми вытекающими последствиями. А мама само собой подливала масла в огонь, провоцирую меня и укрепляя эмоциональные привязки. Когда я повзрослела наши подобные отношения лишь укрепились и усугубились. Мои обиды и неприятие стали гораздо жестче и глубже. Я совершенно не видела в маме не только материнских проявлений по отношению ко мне, но и просто человеческих. Однако прекратить/прервать отношения я не могла. Все ограничивалось небольшими перерывами в общении, когда я не выдерживала после жестких скандалов и болезненных ситуаций. Отчасти помогало раздельное проживание, но абсолютно не решало проблему. Схема оставалась прежней. Я видела, что мама жестко прогибает свое, разносилась от ее манипуляций и навязанного мнения, устраивала агрессивные истерики, но в результате шла на попятную, когда мне казалось, что мама поняла свои ошибки и исправилась. В общем замкнутый круг продолжался долго, набирая все большие обороты и становясь все жестче. В итоге, когда мама перешла все возможные границы, я прекратила с ней всяческое общение на несколько лет. Я поняла, что с этим человеком мне не по пути и что кроме разрушения наши отношения в себе ничего не несут. Это было не так сложно сделать на волне неприятия и уже осознавая схемы наших взаимоотношений. Однако, очень сложно было убрать в себе неприятие и внутреннюю истерию. Я видела свою неуравновешенность и агрессивность, однако исправиться в этом отношении у меня никак не получалось. Что называется, до первого столба. Только работа с Настей заставила меня пересмотреть своё восприятие мира и мои отношения с мамой. Как оказалось даже такие болезненные привязки можно убрать. В течении нескольких лет я переваривала и пересматривала свой образ жизни и наши взаимоотношения. Увидела, как я всегда и во всем шла у мамы на поводу, что воплощала в жизнь заложенную ею программу, что стала во многом недееспособной и что совершенно утратила интерес к собственной жизни. Долгое время мы не встречались, не общались и я четко для себя решила, что с этим человеком не по пути. Я написала маме несколько разъяснительных и жестких для нее писем, без расчета на ее исправление и понимание. На явном уровне ей до сих пор очень многое про себя не принять и не увидеть. Но тем не менее прекращение наших отношений и мое внутреннее отстранение заставило ее во многом пересмотреть свое отношение ко мне, моему образу жизни и даже к другим людям. В итоге, спустя несколько лет, она стала инициатором возобновления наших отношений, признав свои ошибки. На данный момент мы поддерживаем отношения, регулярно общаемся, но уже совершенно без присутствовавшей ранее нескончаемой истерии. Ей пришлось принять мой образ жизни и во многом пересмотреть свой.

Как я вижу сейчас именно внутренние эмоциональные завязки, привычка к определенным химических реакциям, даже разрушительным, не позволяет нам что-либо изменить и исправить. И только тогда, когда мы осознаем происходящие в себе болезненные процессы, то становимся в состоянии сделать определенные шаги. Становимся в состоянии приложить силы, чтобы не вписываться в это вновь и вновь. Зачастую у нас самих не хватает на это сил и делая шаг вперед, мы откатываемся на два шага назад. Так было и в моем случае. Только множество жестких и болезненны ситуаций, ежедневная душевная работа с Настей помогли мне выйти из этого нескончаемого замкнутого круга. Безусловно, нет никаких гарантий, что мои отношения с мамой будут всегда ровными, гладкими и вообще всегда будут. Все мы имеем множество проблем, с которыми совершенно не хотим работать. Однако, мое восприятие мира, видение себя и своих взаимоотношений с мамой в корне изменилось. Я готова идти своим путем в любом случае и вне зависимости от того, по пути нам с мамой или нет. Когда уходят болезненные эмоциональные привязки к маме, тогда появляется интерес к собственной жизни, легкость в общении с другими людьми, большее приятие мира и его многочисленных проявлений, появляются планы и видятся перспективы. Иными словами, медленно, но верно, мы обретаем смысл жизни, двигаемся к воплощению целей и задач нашей души!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *