Катя о том, как обижалась и обижается на Настю.

Что такое обида по ощущениям? Это чувство разъедания в солнечном сплетении, в горле, «уход в себя», невозможность найти тему для беседы с человеком, на которого обижен, неспособность ровно ответить на то, что он говорит, неспособность услышать, что сказал человек, подумать об этом. Есть те, кто в обиде, но не признают, что они в обиде. Но ведь это очень просто увидеть, что человек обиделся, просто по течению беседы, частотой сообщений в течение дня, уровню ответов на вопросы…

Обида – это сразу отрицание. А для чего нужно отрицание? Чтобы не чувствовать боли. Парадокс, ведь часто, когда мы обижаемся, мы говорим о том, что человек сделал нам больно. То есть используя механизм обиды, мы хотим спрятаться от боли. Но при этом говорим, что нам больно и продолжаем прятаться от этой самой боли. Мы обижаемся, чтобы не решать вопрос. Мы обижаемся на то, что нам не принять. Не принять нам то, что показывает нам мир в лице людей, животных, упавшей на голову капли с крыши, сбежавшего молока или кофе, отключении горячей воды тогда, когда она нужна. Мы ведь на всё это выказываем неудовольствие, ведь это не так, как хотим мы. Вы можете сказать, что это бред, обижаться на такое…но посмотрите на свои ощущения и эмоции, изменения состояния в такие моменты. Что это, как не обида?

Я поискала в интернете про этимологию слова «обида». Много, чего нашла, от «наделить бедой» до «обойти, миновать». Любопытно то, что значение «наделить бедой», как мне видится совершенный перевёртыш. Это действие, направленное на человека, а обида – это состояние, в которое человек впадает сам. Его этим состоянием никто не наделяет. Мы обижаемся, нас никто не обижает. Ближе к моему пониманию вариант «обойти, миновать». Ведь через инструмент обиды мы обходим решение вопроса, мы ходим вокруг, лелея себя «несчастного», вместо того, чтобы посмотреть в корень проблемы, которая была задета тем, кто якобы «обидел».

Я очень боюсь боли. Обезболивающие таблетки были со мной на протяжении 10 лет несколько раз в месяц, и это не по медицинским показаниям. Я боюсь физической боли, а душевная настолько сильна, что я её замуровала тонной обезболивающего железобетона ненависти и гордыни. И, конечно, любая угроза расшевелить этот железобетон, воспринималась мной с ужасом, я обижалась на то, что моя картина себя и моего искажённого мира рушилась. По началу работы с Настей мне было больно абсолютно всё, замечание о моей одежде, о моём голосе, о моём состоянии, вопрос о будущем с моим мужчиной, предположение о расставании…Мне было страшно, что мне нужно будет делать иначе, работать иначе, общаться иначе. Я ХОТЕЛА, ЧТОБЫ БЫЛО ТАК, КАК МНЕ НАДО СРАЗУ, БЕЗ МОИХ ИЗМЕНЕНИЙ. Я ХОТЕЛА, ЧТОБЫ НАСТЯ ДАЛА ИНСТРУМЕНТ, ЧТОБЫ Я ИМ, КАК ВОЛШЕБНОЙ ПАЛОЧКОЙ, РЕШИЛА ВСЕ СВОИ ВОПРОСЫ.

Я обижалась, что мне Настя говорит, делает замечания, пиздюли меня разносили, я обижалась на то, что необходимо решать вопрос оплаты, я обижалась на всё. МНЕ БОЛЬНО БЫЛО ВСЁ. Я по натуре тихая холуйка и тихая хамка, я не спорила с Настей, я молчала. Я не могла в этом состоянии написать Насте вопрос, как проходит её путешествие, что нового и необычного она увидела, я не могла смотреть ей в глаза, не могла проговорить то, что на Душе, я не могла развёрнуто ответить или что-то попросить, хотя очень хотела. Я скрывалась и утаивала свою обиду, но она была так очевидна. Я хотела обойти все болевые точки, уходя в обиду, я стремилась уйти в ещё большую неуязвимость. Спасибо Насте и ребятам, что они меня взбадривали и объясняли, что со мной происходит. Бывало, меня просто трясло, знобило, я не понимала, как так, как Настя может мне такое написать, я ведь белая и пушистая, откуда взялась продажная тварь, сука и змея? Я совершенно не хотела видеть себя. Сейчас пишу текст, и думаю, что я, наверное, обижалась на то, что приходится прикладывать силы, что нет этой волшебной палочки, нет инструмента, который решит мой вопрос. Меня ломало, но я этому сопротивлялась, я даже плакать не могла от гордыни. Мне было больно, очень больно, но я не плакала, не отпускала хоть на чуть-чуть свою гордыню, я лелеяля себя и свою борзость.

Я обижалась, когда Настя мне показывала на моё сходство с проявлениями её некоторых клиентов, что я могу прийти к тому же результату, что и они. Я это расценивала как то, что это меня и ждёт, я стекала в страх и ещё большую обиду. Я не видела того, что необходимо работать. Механизм, который у меня был – это обида и обвинения.

Спустя пробивки и пиздюли, объяснения нон-стоп, показывания, я начала смотреть на себя, что то, про что говорит Настя во мне цветёт и пахнет. Вы скажете, что «ааааа внушили, ааай-ай-ай». Скажите, я поулыбаюсь… Вы увидите в этом внушения. Я вижу в этом пробивку. Когда я стала принимать то, о чём говорит Настя, я вспомнила, что о сходном мне говорил учитель, мама, папа, друг, врач… не важно кто, мне говорили, я предпочла забыть. Настя показывает это более выпукло, ярко, хлёстко. Да и у меня, замечу, всё это приобрело несколько иную форму, степень и интенсивность. Одно дело в 14 лет мне мама говорила о моих проявлениях. Другое дело сказать о них сейчас, когда они укрепились и цветут пышным цветом круглогодично плодонося. Когда я начала пробиваться, я начала слышать Настю, анализировать себя и свои поступки, своё происхождение, видеть проблемы глубже. Да, мне больно, сложно, бывает так, что просто нечего сказать, только молчаливое осознавание…но это молчание не от обиды…а сразу после, спустя 10 минут, хочется проговорить о том, что болит, вытащить на свет, побеседовать с Настей о том, на что я раньше обижалась и фыркала.

В общем, обижаться или решать вопрос, каждый выбирает сам. Если кто-то будет говорить, что у Насти цель обидеть, то вспомните о том, что обижают только того, кто хочет, чтобы его обидели. Я же чётко осознала, в какой-то момент, что Настя мне показывает, пробивает, вкладывается в меня всё время по-человечески, чтобы протащить, а я ещё и обижаюсь на это. Я не говорю, что я вообще не обижаюсь, увы, проработать и выкорчевать механизм обиды, усвоенный с молоком матери, не так-то легко, однако, я научилась отслеживать свои состояния, осознавать, что в обиде… впереди ещё много шажков и шагов к самой себе, к прорубанию железобетона. И я понимаю, что эти шаги мне в одиночку не сделать.

P.S. И опять же, если обижаешься, для чего держишься; иди своей дорогой, если не устраивает. А ведь каждому глубоко внутри очень хочется, чтобы его пробили и протащили, так как он уже не может освободиться от гнёта сам.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *