Грёзы.

Сегодня начала читать произведение Лидии Чарской «Волшебная сказка». И прочитав несколько страниц про грёзы Наденьки Таировой, в очередной раз чётко увидела, что и сто лет назад жили ровно в таких же грёзах, мечтательных стенаниях, пустых страданиях как живут и сегодня. Только сегодня их черпают из Интернета, телевидения, а тогда — из бульварных романов. Ещё лет пятьдесят назад, когда мыльные оперы, реклама и глянцевые журналы не были поставлены на такой финансово-коммерческий поток, многие женщины черпали свои грёзы в женских романах. Почему так сладко жить в грёзах?
Слова «грёзы» и «грязь» этимологически родственны. И ведь недаром подобного рода образы, как непосредственно грёзы Веры Павловны, тесно связаны с таким уже хрестоматийным понятием как «грязь фантастическая». Жить в грёзах равносильно тому, что жить в грязи. Это несуществующий мир, который как и в современном мире виртуальная реальность уводят душу в непроницаемый мрак отрицания окружающей действительности. Потому грёзы так сладки, что уводят от реальности. А чем дальше от реальности, тем слаще. Но возврат в реальность горек. Отсюда такое желание сбежать от горечи в сладость.
Таких как тётя Таша, развращающих своей «любовью», одобряющих, поощряющих и потворствующих в разжигании лености, хронического недовольства, невозможности формирования навыков дееспособности, отсутствия совестливости, здоровой уверенности и разумной самостоятельности становится всё больше в лице мам, бабушек, тётушек и т.д. А вот таких отцов, как Иван Яковлевич Таиров, которые знают своё место в социуме, которые в состоянии разглядеть уровень каждого своего ребёнка и не бояться высказать свою точку зрения, почти не стало. Если Иван Яковлевич видел, что на Надю бульварное чтиво влияет пагубно, он говорил это не скрывая. Но в то же самое время справиться с Надей и решить вопрос, отследить происходящее и увидеть, как ядовитые поблажки тётушки уничтожают дочь, тоже не хватало сил.
И так из произведения в произведение Лидия Чарская создаёт совершенно реальные образы, почерпнутые ею из того огромного круга разнообразных жителей Санкт-Петербурга, его окрестностей и не только. Прототипом книг Лидии Чарской является каждый из нас с Вами. Да, изменился стиль одежды, изменилась еда, изменился быт и поменялась вся инфраструктура жизни, но человек остался прежним со всем тем ворохом проблем, про которые и живописала эта писательница.
В своей статье «Фея с Петербургского двора — Лидия Чарская» российский журналист, эссеист, прозаик, литературный критик Дмитрий Геннадьевич Шеваров пишет следующее:
«И когда я слышу о любимой нами Астрид Линдгрен, узнаю о новых свидетельствах того, каким обожанием и почетом была окружена сказочница у себя на родине, я вспоминаю о судьбе Лидии Алексеевны Чарской. Ведь она могла быть нашей Астрид Линдгрен…» Не единожды в своих наблюдениях я приводила параллель между Лидией Чарской и Астрид Линдгрен. И мне видится, что Лидии Чарской не нужно было ни быть, ни становиться нашей Астрид Линдгрен. Ведь она была Лидией Чарской со своим видением, мировоззрением, миропониманием, присущими именно той эпохе, которые она так ярко выписывала в своих текстах, которые превратились в одно огромное полотно с множеством сюжетных линий, героев, цветов и оттенков. А кто сейчас так ярко описывает происходящее с нами, как это смогла сделать Лидия Чарская?..

Читайте также...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *